Архитектура Европы

После окончания Второй мировой войны Западная Европа теряет ведущее положение в развитии современной архитектуры. За исключением некоторых новых черт европейская архитектура остается в рамках концепции функционализма и его выразительных средств. Это было следствием верности довоенным традициям и ограниченности хозяйственных и технических возможностей.

Большое значение имело восстановление разрушенных войной городов и сельских поселений. Это стало первоочередной задачей, масштабы и характер которой до сих пор не имели места в истории архитектуры. Реконструкция городов сначала проводилась на основе уже проверенных принципов, разработанных до войны, и только в некоторых случаях создавались новые функциональные системы и их пространственная организация. К первым крупным послевоенным работам относится восстановление г. Гавра (1946—1954), осуществленного по проекту А, Перре на основе традиционной прямоугольной системы улиц, обстроенных замкнутыми блоками домов.

Функционалистические принципы были использованы при восстановлении Мобежа и Сен-Дени (1946—1949, автор А. Люрса) во Франции; Ковентри в Англии; городского центра Роттердама, где была реализована новая концепция жилого и торгового пешеходного центра Леенбаан (1953, авторы И. X. Ван Ден Брук и Я. Б. Бакема); жилого комплекса в Западном Берлине (1957), в проектировании отдельных зданий которого участвовали А. Аалто, В. Гропиус, А. Якобсен и Ле Корбюзье. С конца 40-х годов начинается генеральная реконструкция многих городов в СССР, где в годы второй мировой войны было полностью разрушено или значительно пострадало более 1700 городов и 70 000 поселков. Типичными примерами являются Волгоград, Киев, Минск, восстановленные на основе единых генеральных планов, градостроительная концепция которых, как правило, была основана на прямоугольной системе улиц. В 1947.г. началась генеральная реконструкция Варшавы.

Большая перестройка, реконструкция с изменением планировки разрушенных кварталов проводились в Берлине, Дрездене, Магдебурге, в то время как при строительстве Нюрнберга или Карл-Маркс-Штадта по существу была сохранена исторически сложившаяся планировочная структура городов. В Чехословакии сразу после 1945 г. восстанавливаются полностью уничтоженные Лидицы, центр Мирогиц, в Словакии — Терхов и др. Составной частью реконструктивных работ а Европе стало восстановление отдельных памятников архитектуры и целых комплексов, которым чаще всего возвращали их первоначальный вид. Восстановление исторических памятников велось в широком масштабе, что имело важное идеологическое значение особенно там, где они во время войны были умышленно уничтожены.

Характерными примерами являются реконструкция Старого рынка в Варшаве (1948—1958), площади в Гданьске, Псковского кремля, храма св. Софии в Киеве, парка и различных сооружений в Петродворце под Ленинградом и множества других памятников архитектуры в Советском Союзе. Подобным образом был реконструирован Цвингер в Дрездене, Мичовна и Манеж на Пражском граде (1947—1952) по проекту П. Янака. Эти работы стимулировали обширные исторические исследования и дальнейшее развитие методов реконструкции и реставрации архитектурных памятников.

Архитектура Чехословакии этого периода находилась под влиянием теоретической концепции и практики довоенных лет, одновременно, однако, ее характер определялся задачами, которые возникли в связи с новым характером общественного развития в Чехословакии. Взаимное переплетение этих двух моментов стало исходным принципом, который непосредственно после окончания войны определял характер не только архитектуры, но и всей материальной культуры.

На связь с предвоенным периодом указывали новые программные требования, подобные тем, которые были выдвинуты ранее уже журналом «Ставба», затем на Съезде левых архитекторов (1932) и при основании Союза социалистических архитекторов. К ним относятся требования единого хозяйственного и территориального планирования, индустриализации строительства, развития научно-исследовательской деятельности и создания единой организации архитекторов.

Развитие теоретической концепции способствовало более глубокому пониманию психологических аспектов архитектуры и философии функциональности, о чем свидетельствуют прежде всего теоретические работы К. Гонзика, начатые еще в конце 30-х годов. К ним относятся «Архитектура как физиопластическое творчество» (1938) и «Введение в исследование психических функций в архитектуре» (1944). Книга Гонзика «Создание жизненного стиля» (1938—1944) значительно способствовала постановке много лет спустя задачи комплексного создания жизненной среды. Теоретическими вопросами также занимались О. Старый, Э. Грушка, Л. Жак и другие архитекторы. Вопросы индустриализации строительства и необходимости научных исследований в области архитектуры нашли наиболее последовательную теоретическую постановку в работе К. Яну «Социалистическое строительство» (1946). Впервые в широком масштабе сборные элементы были использованы при строительстве жилых комплексов «Солидарита» в Праге (1947—-1949) и в Готвальдове.

Установление взаимосвязи с прогрессивными идеями и опытом довоенного периода придавало архитекторам творческую уверенность, в атмосфере которой вскоре после окончания войны возникли ценные архитектурные концепции и их практические реализации, например дома с коллективным обслуживанием в Литвинове и Готвальдове, ставшие вместе с домом в Марселе по проекту Ле Корбюзье первыми домами подобного типа в Европе.




Смотрите также


Copyright © 2010-2018 remondom.ru. Контакты: info@remondom.ru При использовании веб-сайта Справочник строителя, гиперссылка на источник обязательна.